Верховный суд Российской Федерации (ВС РФ) разъяснил порядок определения «периода подозрительности» сделок в случаях, когда должник досрочно отказывается от действия банкротного моратория. Этот вопрос имеет ключевое значение для кредиторов, поскольку позволяет им более эффективно оспаривать сделки, заключенные должником незадолго до банкротства.
В апреле 2022 года Правительство РФ ввело мораторий на банкротство. Однако, спустя три месяца, ООО «Подъем» решило отказаться от его действия. Впоследствии, по заявлению одного из кредиторов, компания была признана банкротом. Конкурсный управляющий ООО «Подъем» инициировал оспаривание транзакций на сумму 4,62 млн рублей, совершенных компанией в пользу вышедшего из её состава участника в период с марта по май 2022 года. Управляющий квалифицировал эти операции как сделки с предпочтением, попадающие под действие периода подозрительности.
Суды первой и апелляционной инстанций признали оспариваемые сделки недействительными и обязали получателя вернуть средства. Они исходили из того, что период подозрительности начинается с даты введения моратория — 1 апреля 2022 года. Однако кассационная инстанция высказала иную точку зрения, указав, что правила моратория не должны в полной мере распространяться на юридическое лицо, которое добровольно от него отказалось. Кассация постановила, что период подозрительности следует исчислять по общим правилам, то есть с даты возбуждения дела о банкротстве (5 сентября 2022 года). В результате этого решения часть платежей оказалась вне шестимесячного срока, и сумма взыскания была уменьшена до 4,59 млн рублей.
Конкурсный управляющий подал жалобу, и дело было передано в Экономическую коллегию Верховного суда. ВС РФ пришел к выводу, что отказ должника от моратория не должен предоставлять ему необоснованные преимущества перед кредиторами. Коллегия установила, что периоды подозрительности должны отсчитываться с момента введения моратория, при условии, что дело о банкротстве возбуждено в течение трех месяцев после публичного заявления должника об отказе от моратория.
Верховный суд посчитал, что ситуация с добровольным отказом от моратория аналогична ситуации окончания его срока действия, и поэтому регулирование в обоих случаях должно быть схожим. Иное толкование позволило бы недобросовестным должникам манипулировать сроками подозрительности, тем самым ущемляя права кредиторов.
